Согласитесь, странно издавать «Застольные разговоры Гитлера» — и запрещать книгу куда более откровенную, насквозь параноидальную, слезливую, крикливую и пафосную. Странно печатать какой-нибудь «Удар русских богов», поощрять арийский миф, распространяемый инициаторами совершенно антинаучной свистопляски вокруг Аркаима, — и всё это время держать под запретом документ, объясняющий причину всего этого и не оставляющий камня на камне от мифа о фашистской мудрости, отваге, тайнознании и т. п.
Разоблачать Гитлера надо умеючи — и лучше бы его собственными руками: фильма «Гитлер капут» явно маловато. Бессмысленно показывать бесноватого маньяка — надо дать прочесть его нудные, тяжеловесные, вязкие пассажи; надо проанализировать стилистические сходства этой публицистики с антилиберальной риторикой наших дней; любопытно было бы, думаю, проследить параллели между демагогией Гитлера и, скажем, Грозного в переписке с Курбским (там немало общего).
Фашизм нуждается в изучении — оспа, думаю, до сих пор оставалась бы непобеждённой, если б в своё время Пастер брезгливо отдёрнул руку от пробирки. Да, противно. Но, кстати сказать, не так уж опасно: иной консерватор и конспиролог ещё способен повлиять на умы, но Гитлеру слабо. Скинхед не дочитает, студент заснёт, аспирант поразится дуболомности — «И этому поклонялись?!».
А если уж запретителей так волнует соблазнительность гитлеровской книги, которая сейчас не более чем исторический документ, — пусть они зададутся вопросом: коль скоро опасность фашизма в России так реальна, не сами ли они создают предпосылки для этого? Ведь СССР одержал над фашизмом не только военную, но и идеологическую победу: не вина ли новой России, что фашизм здесь снова стал опасен? И не пора ли, наконец, внятно сформулировать хоть один жизненный принцип этой новой России, чтобы противопоставить его ничтожной и мерзкой книжонке, давно утратившей силу и смысл?